Глава Минздрава Михаил Мурашко на итоговом заседании коллегии сообщил, что с июня 2023 года по конец 2025 года психолого‑психиатрическая помощь была оказана сотням тысяч участников боевых действий против Украины. По его словам, для этого по всей стране открыто более 2,7 тыс. специализированных кабинетов и разработана обновлённая модель медико‑психологического сопровождения.
По утверждению министра, особое внимание уделяется «особо чувствительному блоку» — психолого‑психиатрической помощи. Он заявил, что в стране изменён подход к таким услугам ради дестигматизации и повышения их доступности, а развернутая сеть новых кабинетов должна обеспечить поддержку «многим сотням тысяч граждан».
Для раннего выявления признаков психологических и психических расстройств, отметил Мурашко, создано веб‑приложение «СтресСкан». Министр подчеркнул, что, по замыслу ведомства, в стране не должно остаться ни одного региона, где в этой сфере сохраняются серьёзные проблемы.
Ранее вице‑спикер Госдумы Анна Кузнецова указывала, что России не хватает специалистов для работы с военными, а молодые психологи без опыта участия в боевых действиях часто не вызывают доверия у «ветеранов СВО». В качестве решения запущен пилотный проект по подготовке психологов‑наставников из числа самих участников войны.
Представители профессионального сообщества также предлагали формировать штат консультантов из ветеранов боевых действий в Афганистане, Чечне, Сирии и на Украине, которые могли бы опираться, как подчёркивается, на «традиционные духовно‑нравственные ценности».
На фоне растущего внимания к психическому состоянию военных Минобороны подготовило проект президентского указа о системном выявлении среди военнослужащих лиц с повышенными рисками отклонений в поведении и организации профилактической работы с ними. При этом, по данным СМИ, в документе не конкретизируется, какое именно подразделение должно отвечать за психологический мониторинг.
До сих пор значительную часть нагрузки по сопровождению ветеранов несли профильные фонды, где работают медицинские психологи, не имеющие права самостоятельно диагностировать психические расстройства. Это вызывает вопросы о полноте и качестве помощи при возрастающем масштабе запросов со стороны участников боевых действий.
