Ормузский пролив, один из ключевых узлов мировой энергологистики, уже несколько недель остается фактически парализованным. Разбираемся, как Иран пытается монетизировать «безопасный» проход судов и какие спорные планы по разблокировке пролива обсуждают в США.
Энергетический узел под ударом
Через Ормузский пролив проходит около четверти мировой морской торговли нефтью и примерно пятая часть поставок сжиженного природного газа. Уже три недели этот коридор для танкеров фактически закрыт, что приводит к сбоям поставок, росту цен на бензин и дизельное топливо и самому серьезному кризису на газовом рынке за последние годы.
На фоне блокировки Иран предлагает платный «безопасный» маршрут, а администрация президента США Дональда Трампа обсуждает военные варианты разблокировки пролива, эффективность и последствия которых вызывают сомнения у экспертов.
Как работает иранский «безопасный» коридор
Иран объявил, что суда могут проходить через Ормузский пролив по специальному «безопасному» коридору, если получат одобрение военных Корпуса стражей исламской революции (КСИР). По данным профильных источников, как минимум один оператор уже заплатил около 2 млн долларов за проход своего танкера.
Одобренные КСИР суда следуют через иранские территориальные воды в районе острова Ларак. Там военные и портовые власти визуально инспектируют танкеры перед тем, как разрешить им дальнейший путь. По оценкам специалистов, этой возможностью уже воспользовались не менее девяти судов, а переговоры о таком формате транзита с Тегераном ведут Индия, Пакистан, Ирак, Малайзия и Китай.
Пока разрешения на проход танкеров выдаются в индивидуальном порядке, однако в ближайшее время КСИР намерен формализовать процедуру. Планируется, что судовладельцы заранее будут предоставлять информацию о владельце судна и порте назначения.
Почему «безопасный» маршрут не кажется безопасным
Аналитики международных консалтинговых компаний предупреждают, что подобная схема не дает реальных гарантий безопасности. По их оценке, Вашингтон вряд ли согласится с подходом, который фактически закрепляет за Тегераном полный контроль над Ормузским проливом.
США могут прибегнуть к точечным ударам по участникам схемы, включая отдельных лиц, инфраструктурные объекты и морские силы КСИР. Это создает дополнительные риски для судоходства и усиливает неопределенность вокруг транзита энергоресурсов через регион.
Планы США: от захвата острова Харк до морской блокады
Параллельно администрация Дональда Трампа, по сообщениям американских СМИ со ссылкой на осведомленные источники, прорабатывает план захвата или морской блокады острова Харк — основного экспортного хаба Ирана, через который проходит до 90% иранского нефтяного экспорта.
Расчет Вашингтона в том, что давление на этот узел вынудит Тегеран разблокировать Ормузский пролив. Однако для реализации такого сценария потребуется переброска значительных дополнительных сил в регион и еще большее ослабление иранской стороны. Ранее сообщалось, что США ускоряют отправку морской пехоты на Ближний Восток.
Один из собеседников, знакомых с обсуждениями в Вашингтоне, сформулировал логику сторонников жесткого курса так: потребуется около месяца для нанесения новых ударов по иранским объектам, захвата острова и последующего использования этого факта в переговорном процессе.
Высокие риски и ограниченные перспективы
Военные эксперты предупреждают, что даже захват Харка не гарантирует успеха Соединенным Штатам и связан с серьезными рисками для задействованных сил. Бывший контр‑адмирал ВМС США Марк Монтгомери отмечает, что даже в случае взятия острова Иран сможет перекрыть поток нефти в других точках.
Идея военной операции вокруг Харка обсуждается в США уже не первую неделю. Ранее Дональд Трамп заявлял, что по острову был нанесен один из самых мощных авиаударов, при этом нефтяная инфраструктура, по его словам, не пострадала. Он также допускал возможность новых ударов в случае, если Иран продолжит препятствовать проходу судов.
Военно‑морской конвой: насколько это реально
Согласно оценкам, обсуждаемым в американских военных и экспертных кругах, администрация Трампа рассматривает как минимум два варианта разблокировки Ормузского пролива. Первый — обеспечить проход танкеров под защитой американских военных кораблей.
Для сопровождения конвоя из 5–10 судов, по оценкам специалистов, потребуется около 12 боевых кораблей. Одновременно необходимо постоянно патрулировать воздушное пространство с помощью ударных беспилотников MQ‑9 Reaper, которые в случае необходимости должны уничтожать иранские пусковые установки на побережье.
Бывший офицер ВМС и аналитик Hudson Institute Брайан Кларк считает, что подобная операция потребует тысяч военнослужащих и моряков, значительных финансовых и материальных ресурсов, а также может затянуться на многие месяцы.
Даже при реализации этого сценария, как указывают оценки судоходной отрасли, из‑за нехватки боевых кораблей и задержек, связанных с мерами безопасности, удастся восстановить лишь около 10% довоенного трафика. На вывод более 600 застрявших судов могут уйти месяцы, при этом сохраняется риск атак со стороны Ирана, а часть американских сил придется отвлечь от наступательных задач.
Отсутствие широкой коалиции
Дональд Трамп публично заявлял, что рассчитывает на создание международной коалиции для сопровождения судов через Ормузский пролив. Однако многие союзники и партнеры США восприняли эту идею без энтузиазма.
Отправить свои военные корабли отказались Великобритания, Франция, Германия, Италия, Греция, Австралия, Южная Корея, Япония и Китай. Глава Минобороны Германии Борис Писториус подчеркнул, что это «не наша война, и мы ее не начинали». В ответ на такие заявления Трамп настаивал, что Соединенные Штаты, как «самая могущественная страна», не нуждаются в чьей‑либо помощи.
Сценарий наземной операции и его последствия
Второй сценарий, который фигурирует в обсуждениях в США, — крупномасштабная наземная операция на территории Ирана. По оценкам источников, знакомых с военным планированием, этот вариант представляется еще более сложным и рискованным.
Сначала потребовалась бы серия массированных ударов по прибрежным районам, затем — высадка войск и ведение боевых действий в сложной горной местности. Такой план потребует участия тысяч военнослужащих, которым пришлось бы столкнуться с подразделениями КСИР — порядка 190 тысяч бойцов, имеющих большой опыт ведения асимметричных войн.
Даже установление контроля над иранским побережьем, по оценкам военных и аналитиков, не гарантирует безопасного прохода через Ормузский пролив. Иран может использовать ракеты и беспилотники большей дальности, запуская их из глубины своей территории по целям в Персидском заливе. В такой обстановке многие судовладельцы вряд ли рискнут направлять танкеры в опасный район.
Когда возможно восстановление нормального судоходства
По оценкам военных специалистов, а также аналитиков нефтяного и судоходного рынков, вернуть обычный объем трафика — более 100 судов в день — удастся лишь после прекращения активных боевых действий с участием Ирана и получения четких гарантий Тегерана, что суда в Персидском заливе не будут подвергаться атакам.
До тех пор мировой рынок нефти и газа остается заложником конфликта вокруг Ормузского пролива, а любые решения — как со стороны Ирана, так и со стороны США и их союзников — будут напрямую отражаться на ценах и энергетической безопасности многих стран.
