Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин поддержал идею оставить для антикоррупционных исков прокуратуры бессрочный характер — без применения стандартных сроков исковой давности. По его оценке, коррупция представляет собой угрозу основам государственного строя и поэтому не должна рассматриваться как обычное правонарушение.
Позиция суда
В докладе, подготовленном к юбилею Конституционного суда, отмечено, что коррупция ослабляет действие Конституции и законов, подрывает доверие к государству и представляет угрозу суверенитету. Исходя из этого, судья предложил не применять к антикоррупционным искам обычные трех- или десятилетние сроки давности.
Почему предлагают бессрочность
Аргумент заключается в том, что коррупционные схемы часто носят скрытый, замаскированный характер, и стандартные сроки исковой давности не позволяют полноценно выявлять и оспаривать такие правонарушения. Поэтому, по мнению Зорькина, возможность подачи соответствующих исков должна оставаться открытой без ограничений по времени.
Законодательный контекст
Параллельно обсуждался законопроект, предлагающий ввести предельный срок давности для исков об истребовании приватизированного имущества — до десяти лет с момента нарушения права. Однако в тексте законопроекта уже предусматривались исключения: ограничения не распространялись бы на антикоррупционные иски, дела, связанные с экстремизмом, и споры о соблюдении требований к владению стратегическими предприятиями.
Какие активы оспаривались через такие механизмы
- За последние годы через механизмы антикоррупционных и связанных с ними исков государству отошли активы общей оценкой примерно в 6,5 трлн рублей.
- Среди упоминавшихся объектов — макаронные фабрики «Макфа», аэропорт «Домодедово», склады компании Raven Russia, автосалоны «Рольф», Челябинский электрометаллургический комбинат, золотодобывающие предприятия, зерновой трейдер «Родные поля», а также порты Мурманска, Калининграда и Петропавловска‑Камчатского.
- Многие такие активы принадлежали бизнесменам, которые ранее совмещали бизнес с госслужбой или работали в окологосударственных структурах. Последний крупный пример — активы «Русагро», оцениваемые более чем в 500 млрд рублей.
Эксперты отмечают, что признание коррупции «конституционным деликтом» и сохранение бессрочности исков усиливает инструменты перераспределения собственности и национализации, что меняет правила взаимодействия между государством и крупным бизнесом.
