Несмотря на острый дефицит рабочей силы, российские власти продолжают ужесточать миграционные правила и ограничивать приток иностранных работников. Новые требования касаются и финансовых гарантий, и усиленного цифрового контроля — почему политика меняется и к чему это приведёт?
26 июля 2026 года были утверждены очередные изменения в миграционном законодательстве. Среди ключевых нововведений — обязанность иностранцев обеспечивать себя и семьи на уровне не ниже прожиточного минимума с учётом регионального коэффициента. Для Москвы названные суммы составляют примерно 22 112 рублей для взрослого и 19 677 рублей для ребёнка. Также введено требование о выезде детей мигрантов при достижении 18 лет, если они не начинают самостоятельно работать, и механизм авансовых платежей по НДФЛ.
Большинство новых норм должны вступить в силу с 1 января 2027 года, однако уже с конца июля заметно выросли госпошлины: за получение гражданства — до 50 000 рублей, за вид на жительство — до 30 000, за разрешения на временное проживание и привлечение иностранного сотрудника — до 15 000 рублей.
С 2024 года правила для трудовых мигрантов ужесточаются особенно активно. По официальным данным, за год число иностранцев в России снизилось примерно на 700 тысяч — с 6,8 млн до 6,1 млн. Это происходит на фоне общей демографической тенденции: по прогнозам, естественная убыль населения в 2025–2031 годах может составить миллионы человек.
Суть новой миграционной политики
В обновлённой концепции государственной миграционной политики на 2026–2030 годы ключевой акцент смещён: приоритет отдаётся возвращению соотечественников и привлечению граждан, «разделяющих традиционные ценности», тогда как массовый приток трудовых мигрантов предполагается организовывать точечно — в рамках целевого набора, на ограниченный срок и желательно без семей.
Новые ограничения и правовой контроль
В числе жёстких ограничений:
- сокращение допустимого срока пребывания по безвизовым программам с 180 до 90 дней в году;
- обязательное подтверждение знания русского языка для детей при поступлении в школу;
- расширение оснований для внесудебного выдворения, включая формулировки типа «неповиновение правоохранительным органам» и «мелкое хулиганство»;
- требования к финансовому обеспечению и налоговым платежам.
Цифровой контроль мигрантов
Параллельно развивается система цифрового контроля. Для оформления сим‑карты иностранцу теперь нужно предъявлять СНИЛС, подтверждать учетную запись на госуслугах и сдавать биометрические данные. Кроме того, введена привязка сим‑карт к IMEI конкретных устройств, что упрощает отслеживание перемещений.
В Москве и области в 2025–2026 годах проходит эксперимент с обязательной установкой приложения для передачи геолокации. Если данные о местоположении не поступают в течение трёх суток, мигранта снимают с миграционного учёта; при получении уведомления пользователь должен сделать селфи, чтобы подтвердить наличие телефона. Планируется также запуск специальных устройств с «электронным профилем» мигранта и централизованная база с цифровыми профилями, официально введённая летом 2026 года.
Государственные чиновники объясняют эти меры необходимостью для оперативного управления и безопасности. При этом независимые аналитики и правозащитники предупреждают: такое массовое профилирование расширяет риски эксплуатации, дискриминации и репрессий, сокращая возможности для защиты прав и протеста.
В результате складывается парадокс: при ощутимом кадровом дефиците власти усиливают барьеры для мигрантов и усиливают контроль. Насколько эти меры совместимы с потребностями экономики и демографическими вызовами — ещё один важный вопрос, оставшийся без однозначного ответа.
