Дорогая нефть наполнила ФНБ, но выплаты нефтяникам съели эффект

Россия впервые с июня прошлого года начала пополнять Фонд национального благосостояния (ФНБ) благодаря росту цен на нефть после эскалации конфликта в Персидском заливе.

С 8 мая по 4 июня Минфин планирует закупку иностранной валюты и золота на общую сумму 110,3 млрд рублей — примерно по 5,8 млрд рублей в день. С учётом компенсации операций Центробанка в март–апреле объём ежедневных покупок фактически сократится до около 1,2 млрд рублей; ожидания экспертов были гораздо выше.

В апреле доходы бюджета от ключевого нефтяного налога (НДПИ) более чем удвоились по сравнению с мартом — с 443 млрд до 917 млрд рублей.

Однако почти весь эффект от более дорогой нефти был «съеден» выплатами нефтяным компаниям: властями в отрасль направили свыше 350 млрд рублей. Эти средства пошли на сдерживание цен на бензин и на ремонт нефтеперерабатывающих заводов, которые регулярно подвергаются ударам.

В результате нефтегазовые доходы бюджета в апреле составили 856 млрд рублей при прогнозе в 835 млрд. В Минфине ожидают, что основной эффект от роста цен на нефть проявится в мае.

Когда министр финансов говорил о дополнительных примерно 200 млрд рублей, он, по сути, имел в виду оценку поступлений за май.

Эскалация в Персидском заливе и перебои в поставках нефти, в том числе из‑за закрытия Ормузского пролива, привели к росту цен на энергоносители, что благоприятно сказалось на казне. Дополнительному притоку средств также способствовало некоторое временное ослабление ограничений на торговлю российской нефтью.

Эффект от подорожания нефти отразился в бюджете не сразу. В марте нефтегазовые поступления рассчитывались по февральским платежам и упали на 45% в годовом выражении; по сравнению с февралем они выросли лишь незначительно за счёт квартальных выплат.

В апреле в бюджет начали поступать НДПИ за март — первый полный месяц после начала конфликта в Персидском заливе. Ожидалось, что эти поступления могут составить порядка $9 млрд (примерно 700 млрд рублей), но даже такого масштаба недостаточно, чтобы полностью закрыть дефицит бюджета: по итогам первого квартала он уже превысил годовой план примерно на 20%.